Поддержите автора проекта

Меня зовут Айман Экфорд, и я автор проектов Нейроразнообразие в России, Пересечения, Аутичный Ребенок, Принятие и Антиэйджизм.
Также я являюсь главой инициативной группы Аутичная Инициатива за Гражданские Права.

Теперь я хочу попросить вас о помощи. Вы можете поддержать меня и мои проекты, которые отнимают у меня много времени и сил, перечислив деньги на мою банковскую карточку: 5469 5500 1444 2435

Читать далее

Реклама

Что я чувствую, когда вокруг громко

Автор: Айман Экфорд 

fd319d3ed9a09c35db7cd1dc77547321.JPG
Наушники

Я аутистка. Как и у многих (но не у всех) аутистов, у меня повышенная сенсорная чувствительность.
Я аутичная активистка. Поэтому другие люди знают о моей чувствительности. И иногда меня просят рассказать, что я чувствую, когда вокруг слишком громко. Как я воспринимаю звуки.
От чего мне становится плохо.
И, наконец, я решила об этом написать.

***
Если я слышу какой-то громкий звук, я быстро к нему привыкаю. Мне легко воспринимать громкую речь, громкую музыку и громкие шумные игрушки. Я и сама говорю слишком громко. Мне не нравятся тихие звуки. Я не люблю, когда при мне шепчутся. Начинаю из-за этого нервничать, напрягаюсь и прислушиваюсь.
Так что у меня нет проблем с восприятием громкого звука — если это не какой-то мерзкий звук, вроде гудения сирены или жужжания дрели. Или работы миксера (перед тем, как включать громкий электроприбор, меня лучше предупредить, потому что от него может быть сенсорная перегрузка).
Но на большинство громких звуков я реагирую нормально.
Мне тяжело, когда громких звуков много.
Да и тихих тоже. Только тихие звуки выматывают меня не так быстро.
Читать далее

Противники нейроразнообразия хотят, чтобы у вас ничего не вышло

Автор: Ли
Противники нейроразнообразия не желают вам добра. Все, что они хотят – чтобы вы оставались там, где остаётесь. Они хотят, чтобы у вас ничего не вышло – не вышло уйти из их «правильного видения мира».

Они не хотят, чтобы у вас получилось справиться с ними. Справиться с их нелепыми, наглыми требованиями. Справиться с их желанием перекраивать вас так, как хочется им, как хочется «обществу». Они не замечают этой границы между их «лечением» и их «перекраиванием». Они вообще не пытаются мыслить критично, когда говорят об том, о чём не понимают – об аутизме.
Читать далее

Я уже привыкла

Автор: Айман Экфорд

Предупреждение: Подробное описание полицейского насилия, изнасилований, дискриминации, дегуманизации аутичных людей и эйблистской пропаганды фондов «помощи» аутистам.

Когда я начинала заниматься активизмом, мне казалось, что меня всегда будет задевать то, что происходит с моими людьми. С такими же людьми, как я. С другими аутистами.
Но сейчас я понимаю, что ошибалась.

Я читаю о жертвах насилия и ничего не чувствую. Но при этом понимаю еще кое-что — я понимаю, что на месте этих людей могла быть и я.
Москвича Павла Васильева незаконно задержали, и подвергали пыткам в участке.
На месте этого парня могла быть и я.
Ему 22 года, как и мне. Он аутичный, как и я. Он говорил на улице очень громко, как и я. Возможно, у него просто была сенсорная перегрузка, и от этого он кричал и не слышал полицейских. Возможно, ему просто было плохо, или он из-за чего-то нервничал, и поэтому всем казалось, что он ведет себя странно.
Я понимаю. Его, а не полицию. Я сама часто испытываю сенсорную перегрузку и не слышу, когда ко мне обращаются. А значит, полицейские могли бы надеть на меня наручники, затолкнуть в машину, бить, душить, принудительно отправить в психиатрическую больницу и оправдывать это тем, что я — «носитель опасной болезни под названием аутизм». Они сказали бы, что моя личность, мой способ мышления является опасной болезнью. Что я настолько неправильная и неполноценная, что меня «нельзя держать» среди «нормальных» людей. Ведь именно так сказали полицейские о Паше, когда давали комментарии ТАСС.

*** Читать далее

Айман Экфорд: «Мифы о принятии»

В аутичном сообществе апрель считается месяцем Принятия Аутичных Людей.

И я хочу пояснить, что должно означать это принятие, оспорив самые распространенные стереотипы.

— Принятие не означает, что вы должны подстраиваться под аутичных людей. Что вы должны терпеть их мешающее поведение. Вы можете попросить человека не делать то, что мешает вам, и/или окружающим людям.
Вы можете перестать общаться с неприятным для вас человеком, даже если он аутичный. Это нормально и правильно.
Принятие аутизма не дает аутичным людям права мешать вам, абьюзить вас или издеваться над вами. И не принуждает вас общаться с аутистами.
Принятие аутизма означает, что вы не должны абьюзить аутичных людей, что вы не должны мешать им жить, и дискриминировать их.

— Принятие не означает, что аутичные близкие могут требовать от вас, чтобы вы под них подстраивались.
Принятие означает, что вы не должны требовать от них подстраиваться под вас. Хорошие отношения строятся на компромиссе, а не на притворстве и вранье. А компромисс — процесс двухсторонний. И если аутичный человек хочет хороших отношений с вами, ему надо точно так же работать над этими отношениями, как и вам.
Читать далее

Ошибки при воспитании аутистов 

Автор: Аноним
Я думаю, что стоит начать с момента восприятия. Какой будет реакция большинства родителей на диагноз «синдром Аспергера»? Неполноценный, больной ребенок, которого нужно во что бы то ни стало переделать, «исправить». Отчасти я их пониманию — любое неизвестное, неконтролируемое событие вызывает страх. Необычное выражение звучит как приговор, вспоминаются страшилки из фильмов, отсутствие информированности добавляет масла в огонь. «Мой ребенок не будет говорить? Он родился умственно отсталым? Или жестоким психопатом, не способным на чувства? На меня повесят ярлык плохой матери? Мне до старости придется его опекать?»

Мы видим, что такое отношение появляется под влиянием многих факторов: базовых свойств психики (страх перед неизвестным), потенциальным общественным осуждением, предположительным низким социальным статусом, отсутствием компетентности.

Как обстоят дела на самом деле? Диагноз синдром Аспергера — не приговор, и он даже не тождественен интеллектуальной инвалидности. Дети с синдромом Аспергера, чаще всего, имеют обычные умственные способности, но при этом свои особенности в восприятии и переработке информации, которые имеют как положительные, так и отрицательные стороны.

Читать далее

Тема года 2018: Интерсекциональность

(Пересекающиеся разноцветные нити)

Как известно, в марте мы выбираем новую Тему года для нашего сайта Принятие, и в течение первых 10 дней апреля каждый день публикуем статьи, посвященные этой теме.

В прошлом году нашей темой была «семья».

На этот раз наша тема — интерсекциональности, пересечения дискриминаций.

Почему?

Как часто вы встречали статьи об аутичных детях, написанные с нейэджисткой позиции, статьи, где детей рассматривают как полноценных люде? А статьи про аутистов, у которых есть другие виды инвалидности? А сколько раз вы видели в мейнстримных СМИ истории об ЛГБ-аутичных людях, о гендерно-неконформных аутистах, о пожилых аутистах, о чернокожих аутистах и об аутичных мигрантах?

Эти люди, их опыт, проблемы и интересы невидимы для общества, и с этим надо что-то делать. Читать далее

Айман Экфорд: «Ребенок не обязан признаваться вам в любви»

СУЩЕСТВУЕТ ЛИ ЛЮБОВЬ?
Любовь — это сложный социальный конструкт.
То есть, это не такая объективная вещь, как стол, ветер или кошка. Кошка будет кошкой даже если исчезнет человечество. Ее не будут называть словом «кошка», но она будет существовать. А понятие любовь не существует вне человеческой культуре.

Любовь — это не такая простая эмоция вроде страха, которую можно объяснить выбросом определенного гормона, и тем самым измерить. Под любовью понимают целый комплекс разнообразных чувств и эмоций, причем разные люди понимают слово «любовь» по-разному. В разных культурах любовь понимают по-разному. Например, в древнегреческом языке было четыре слов, обозначающих понятие любовь, а в русском — одно. Русские люди иногда говорят, что «любовь» и «влюбленность» — разные вещи, а в английском этого деления нет. Читать далее